Душный питерский клубешник. Выступает «ГрОб». На сцену запрыгивает стремительный поклонник боевых искусств и прямым хуком сносит Егора Летова с ног. Все замирают в ужасе. Потом спортсмен зачем-то резво спрыгивает в зал, где фанаты начинают его неистово «мочить в партере», да так злобно, что понадобился вызов скорой. Презентация нового альбома «Гражданской обороны» «Реанимация» закончилась для загадочного каратиста в реанимации – настоящая магия слов, ничего не поделаешь.
Вот уже второй год не прекращаются разговоры о мнимой потере «Гражданской обороной» маргинальности и полного отчуждения от системы, где «все идет по плану». Группу приглашают на рок-фестивали, радиоэфиры, телесъемки, фотосессии в глянцевых журналах. Но Егор Летов по-прежнему «против», его невозможно поймать на «волшебный крючок», хотя в одной из новых песен он признает себя пойманным. Пока публика празднует и отдыхает, Летов предлагает тотально альтернативный вариант: «Убивать, убивать все эти праздничные даты, официально объявленные, предписанные, обожаемые, всенародно соблюдаемые пряничные праздники!»
– В последних альбомах ты стал уделять серьезное внимание звуку, хотя раньше ты говорил, что группа не занимается музыкой как таковой, но несет определенный «мэссидж». Можно ли сравнить вашу эволюцию с путем группы The Stranglers?
– Звук всегда стоял на первом месте. Особенно в самых ранних записях. Звук и так называемая аранжировка. В последнее время этого всего стало как раз очевидно меньше, потому что и так работает, без дополнительных средств. «Мэссиджем» мы вообще никогда не занимались, плевали на все подобное. Кроме того, мы ОЧЕНЬ МУЗЫКАЛЬНАЯ группа, просто другого порядка, отечественными реалиями не измеримая и не понимаемая. С группой Stranglers у нас не было, нет и не будет никогда ничего общего. Почему не Throbbing Gristle? Или Rolling Stones? Stranglers вообще немедленно забытая богом группа сразу же после «No More Heroes».
– Некоторые ваши записи были изданы на Западе. Есть ли у тебя представление, что за люди их слушают, не понимая текста?
– Их издавали, часто даже не ставя меня в известность. До сих пор выходят различные сборники мирового панка, в которых наши треки появляются. Меня вообще мало интересует, что происходит с нашими записями после того, как мы их сделали: кто их слушает, и кто что там находит. Это так называемое пустое действие в терминологии концептуалистов. По большому счету, все, что я делаю, я делаю для себя. То есть для максимально таких же, как я. А отдаю их в распространение, потому что руководствуюсь принципом «взял – отдай». То есть из элементарного чувства благодарности за то, что я получаю от многочисленных других авторов.
– Расскажи о впечатлениях от поездок в Америку и Израиль – что это за цивилизации, где тебе было уютней себя чувствовать?
– Это очень долго и сложно сейчас описывать. Одно могу сказать: там я чувствую себя гораздо уютнее и счастливее, чем на родине.
– Многие известные музыканты жалуются, что не могут спокойно гулять дома, легче за границей. А в какой степени ты домосед?
– Ну, есть такое. Дело в том, что я не очень воинственный человек по своей природе. Мне гораздо приятнее что-нибудь создавать, ДЕЛАТЬ, вместо того, чтобы нападать или отбиваться. А наша действительность исторически такова, что здесь необходимо ВЫЖИВАТЬ со всеми вытекающими. И дело не в том, что известный ты или неизвестный (известность, как правило, только усугубляет ситуацию), а просто – ДРУГОЙ. Поэтому максимально комфортно на родине я чувствую себя в относительно безлюдных местах – в лесах, горах, полях и т.п.
– Как сочетать понимание тотальности энтропии и надежду на «новое солнце»? Что дает силы?
– Тема энтропии меня интересовала в 89-м году, в период «Коммунизма» и сессий «Русского поля экспериментов». С тех пор к этому вопросу не возвращался. «Что дает силы?» – вопрос сугубо индивидуальный. Каждому – свое.
– Скажи, какие праздники в твоей жизни являются действительно праздниками, в отличие от тех пряничных, упомянутых в «Убивать»?
– Спонтанные.
– Когда-то концерт был ритуальным действом, носившим особенные магические функции. Сохраняются ли они у искусства до сих пор?
– Да.
Мнения же потенциальной аудитории "ГО" о нынешнем состоянии группы и её новом альбоме "Реанимация", как всегда, резко разделились. Приведём самые хпрактерные и любопытные.
ОТ СЛУШАТЕЛЯ
Евгений Васин, аспирант МГУ, 24 года
Необычайно техничный для «Гражданской обороны» диск: качественный звук, мало шума, никаких криков, ребята играют слаженно, четко, неплохо подобраны названия песен, есть хорошие места в тексте, проигрыши. Но тут хотелось бы сказать о другом. Летов мне нравился своей яростью, бешенством души, неправильными, тяжелыми, безумными, прекрасными песнями Мальдорора, которые полторы сотни лет спустя положили на музыку. Тем, чего в этом альбоме совсем не слышно. Я не буду слушать «Реанимацию» второй раз и скоро забуду первый.
ОТ КОЛЛЕГ
Игорь Князев, «Овощ», лидер группы «Гриббы»
Вряд ли я буду слушать Летова, поскольку я далек от эстетики постсоветского «полит-честняка», который в несколько ненормативной форме гонит господин Летов. Во всяком случае, гнал году в девяностом – именно тогда я услышал его впервые, и он мне совершенно НЕ ПОКАЗАЛСЯ забавным. О том, что «все вокруг плохо» я и так знаю – стоит только сделать пару затяжек марихуаны или проснуться в состоянии похмелья.
ОТ НЕПРАЗДНЫХ НАБЛЮДАТЕЛЕЙ
Александр Плющев, радио «Эхо Москвы», ведущий
«Гражданская оборона»? Как-то никогда не возбуждали меня они – ну что я могу поделать. И в музыкальную программу «Серебро», которую веду на «Эхо Москвы», их тоже не позову. Стараемся выбирать музыкантов, которые находят отклик у меня или соведущего программы Дмитрия Борисова. Возможно, даже раздражают, ну хоть какие-то эмоции, чтобы давали разговору толчок. К тому же я всегда считал, что андеграунд должен в нем и оставаться, радио – для мэйнстрима. Сейчас их усиленно раскручивают, что, несомненно, убьет их как лидеров андеграунда.
Игорь Владимирский, великий журналист
Жизнь, как говаривала по легенде незабвенная Фаина Георгиевна Раневская, это затяжной прыжок из п***ы в могилу. Все, что делала ГО, оно в принципе об этом. О рождении да смерти. От первых младенческих воплей до предсмертных стонов. Отхрипелся Егор Федорович с Оп...вшими На Вечной Весне в одиночной камере. Конвульсивно дернулся да затих. Хотя... может, я и путаю смерть с оргазмом. Ибо потом сладкой сигаретой расставания до кома в горле пронзительный Звездопад.
Долгая счастливая жизнь уже не жизнью оказалась, а покойником, остывшим в прозекторской. А с покойников какой толк? Разве что с бодуна к холодненькому прижаться лбом. Только когда тление пошло, тут не прижиматься. Тут бежать надо.
Реанимация? Да нет... тут скорее эксгумация.
ОТ газеты «RE:АКЦИЯ»
Айрат Дашков
Каждое новое творение самой известной омской группы, принципиально не выступающей в Омске, порождает один и тот же ворох стандартных реакций – «как всегда гениально», либо «ну все, продались», либо «неплохо, но раньше было круче». Любая из подобных сентенций лишь говорит о степени овладения автором несомненной истины, касающейся «Гражданской обороны»: основной посыл всего летовского творчества бесполезно ловить в контексте русского рока или панк-культуры, ибо он лежит за пределами их рамок и намного ближе к метафизике, чем к право- или леворадикальной идеологии. Считающим летовские стихи переводом учебника по спряжению немецких глаголов уже ничем не помочь, метафизика не приспособлена для понимания большинством публики, поэтому большинство, прибегая к психологической самозащите, старается охаить все непонятное и не «слишком человеческое».
